Неточные совпадения
— Нет, вы не так приняли дело: шипучего мы сами поставим, — сказал председатель, — это наша обязанность, наш долг. Вы у нас гость: нам должно угощать. Знаете ли что,
господа! Покамест что, а мы вот как сделаем: отправимтесь-ка все, так как есть,
к полицеймейстеру; он у нас чудотворец: ему стоит только мигнуть,
проходя мимо рыбного ряда или погреба, так мы, знаете ли, так закусим! да при этой оказии и в вистишку.
— Видишь, и сам не знаешь! А там, подумай: ты будешь жить у кумы моей, благородной женщины, в покое, тихо; никто тебя не тронет; ни шуму, ни гаму, чисто, опрятно. Посмотри-ка, ведь ты живешь точно на постоялом дворе, а еще
барин, помещик! А там чистота, тишина; есть с кем и слово перемолвить, как соскучишься. Кроме меня,
к тебе и
ходить никто не будет. Двое ребятишек — играй с ними, сколько хочешь! Чего тебе? А выгода-то, выгода какая. Ты что здесь платишь?
Таковым урядникам производилася также приличная и соразмерная их состоянию одежда. Обувь для зимы, то есть лапти, делали они сами; онучи получали от
господина своего; а летом
ходили босы. Следственно, у таковых узников не было ни коровы, ни лошади, ни овцы, ни барана. Дозволение держать их
господин у них не отымал, но способы
к тому. Кто был позажиточнее, кто был умереннее в пище, тот держал несколько птиц, которых
господин иногда бирал себе, платя за них цену по своей воле.
Вронский снял с своей головы мягкую с большими полями шляпу и отер платком потный лоб и отпущенные до половины ушей волосы, зачесанные назад и закрывавшие его лысину. И, взглянув рассеянно на стоявшего еще и приглядывавшегося
к нему
господина, он хотел
пройти.
— А в Москву
сходил,
к барину.
— Барин-то, кажется, заснул, — промолвил Ермолай после небольшого молчания. — Ты
к лекарю не
ходи, Арина: хуже будет.
— А — как же? Тут — женщина скромного вида
ходила к Сомовой, Никонова как будто. Потом
господин Суслов и вообще… Знаете, Клим Иванович, вы бы как-нибудь…
Мужик пошел
к барину и сказал: «Я придумал такую мельницу-самокрутку, что сама будет
ходить, без воды и без лошадей; только раз завести, — она и будет
ходить до тех пор, пока остановишь. Нет только у меня денег на лес да на чугун. Дай мне,
барин, триста рублей денег, я тебе первому сделаю такую мельницу».
И вот, замыслив убийство, он заранее сообщает другому лицу — и
к тому же в высочайшей степени заинтересованному лицу, именно подсудимому, — все обстоятельства о деньгах и знаках: где лежит пакет, что именно на пакете написано, чем он обернут, а главное, главное сообщает про эти «знаки», которыми
к барину можно
пройти.
— Нуждался в десяти рублях и заложил пистолеты у Перхотина, потом
ходил к Хохлаковой за тремя тысячами, а та не дала, и проч., и всякая эта всячина, — резко прервал Митя, — да, вот,
господа, нуждался, а тут вдруг тысячи появились, а? Знаете,
господа, ведь вы оба теперь трусите: а что как не скажет, откуда взял? Так и есть: не скажу,
господа, угадали, не узнаете, — отчеканил вдруг Митя с чрезвычайною решимостью. Следователи капельку помолчали.
«Знаю я, говорю, Никитушка, где ж ему и быть, коль не у
Господа и Бога, только здесь-то, с нами-то его теперь, Никитушка, нет, подле-то, вот как прежде сидел!» И хотя бы я только взглянула на него лишь разочек, только один разочек на него мне бы опять поглядеть, и не подошла бы
к нему, не промолвила, в углу бы притаилась, только бы минуточку едину повидать, послыхать его, как он играет на дворе, придет, бывало, крикнет своим голосочком: «Мамка, где ты?» Только б услыхать-то мне, как он по комнате своими ножками
пройдет разик, всего бы только разик, ножками-то своими тук-тук, да так часто, часто, помню, как, бывало, бежит ко мне, кричит да смеется, только б я его ножки-то услышала, услышала бы, признала!
И вот восходит
к Богу диавол вместе с сынами Божьими и говорит
Господу, что
прошел по всей земле и под землею.
Как только узнали, что
барин просящим дает деньги, толпы народа, преимущественно баб, стали
ходить к нему изо всей округи, выпрашивая помощи.
Когда девушка стала подходить
к барину, она сначала умерила ход и перешла с бега на шаг, поровнявшись же с ним, остановилась и, размахнувшись назад головой, поклонилась ему, и только когда он
прошел, пошла с петухом дальше.
— Ну, девки, покажу я вам диковинку! — сказал он, плюнув сквозь зубы в сторону, — пойдемте, Пелагея Петровна,
к барину,
к Борису Павловичу, в щелку посмотреть; в тиатр не надо
ходить: как он там «девствует»!..
—
Ходили мы
к барину Владимиру Михайлычу, рядились о дровах, о пилке и поставке на станцию.
Словом сказать, малиновецкий дом оживился. Сенные девушки — и те
ходили с веселыми лицами, в надежде, что при старом
барине их не будут томить работой. Одно горе: дедушка любил полакомиться, а
к приезду его еще не будет ни ягод, ни фруктов спелых.
С тех пор в Щучьей-Заводи началась настоящая каторга. Все время дворовых, весь день, с утра до ночи, безраздельно принадлежал
барину. Даже в праздники старик находил занятия около усадьбы, но зато кормил и одевал их — как? это вопрос особый — и заставлял по воскресеньям
ходить к обедне. На последнем он в особенности настаивал, желая себя выказать в глазах начальства христианином и благопопечительным помещиком.
—
Господа, ей-богу, я лучше уйду.
К чему я буду расстраивать ваш кружок? Оба мы были виноваты. Я уйду. О счете не беспокойтесь, я уже все уплатил Симеону, когда
ходил за Пашей.
— Слушай, Аксинья, — говорил хозяйке своей Патап Максимыч, — с самой той поры, как взяли мы Груню в дочери,
Господь, видимо, благословляет нас. Сиротка
к нам в дом счастье принесла, и я так в мыслях держу: что ни подал нам Бог, — за нее, за голубку, все подал. Смотри ж у меня, — не ровен час, все под Богом
ходим, — коли вдруг пошлет мне
Господь смертный час, и не успею я насчет Груни распоряженья сделать, ты без меня ее не обидь.
— Экой ты удатной какой,
господин купец, — молвил дядя Онуфрий. — Кого облюбовал, тот тебе и достался… Ну, ваше степенство, с твоим бы счастьем да по грибы
ходить… Что ж, одного Артемья берешь аль еще конаться [Конаться — жребий метать.] велишь? — прибавил он, обращаясь
к Патапу Максимычу.
И в Казани и в Дерпте состоял при мне все тот же крепостной служитель, Михаил Мемнонов, который в Дерпте находил свою материальную жизнь лучше, чем мы, его
господа,
ходил кормиться
к русскому портному по фамилии Петух и ел куда вкуснее и свежее, чем мы.
Мало ли, много ли тому времени
прошло: скоро сказка сказывается, не скоро дело делается, — стала привыкать
к своему житью-бытью молодая дочь купецкая, красавица писаная, ничему она уж не дивуется, ничего не пугается, служат ей слуги невидимые, подают, принимают, на колесницах без коней катают, в музыку играют и все ее повеления исполняют; и возлюбляла она своего
господина милостивого, день ото дня, и видела она, что недаром он зовет ее госпожой своей и что любит он ее пуще самого себя; и захотелось ей его голоса послушать, захотелось с ним разговор повести, не
ходя в палату беломраморную, не читая словесов огненных.
Старуха матроска, стоявшая на крыльце, как женщина, не могла не присоединиться тоже
к этой чувствительной сцене, начала утирать глаза грязным рукавом и приговаривать что-то о том, что уж на что
господа, и те какие муки принимают, а что она, бедный человек, вдовой осталась, и рассказала в сотый раз пьяному Никите о своем горе: как ее мужа убили еще в первую бандировку и как ее домишко на слободке весь разбили (тот, в котором она жила, принадлежал не ей) и т. д. и т.д. — По уходе
барина, Никита закурил трубку, попросил хозяйскую девочку
сходить за водкой и весьма скоро перестал плакать, а, напротив, побранился с старухой за какую-то ведерку, которую она ему будто бы раздавила.
— Тише, мальчишка! — крикнул ласково и повелительно Отте. — Помолчи немножко.
Господин поручик, — обратился он
к Михину, — это не он, а его дурацкий переломный возраст скандалит. Дайте мальчику успокоиться, и все
пройдет. Ведь все мы переживали этот козлиный период.
Александр часто гулял по окрестностям. Однажды он встретил толпу баб и девок, шедших в лес за грибами, присоединился
к ним и
проходил целый день. Воротясь домой, он похвалил девушку Машу за проворство и ловкость, и Маша взята была во двор
ходить за
барином. Ездил он иногда смотреть полевые работы и на опыте узнавал то, о чем часто писал и переводил для журнала. «Как мы часто врали там…» — думал он, качая головой, и стал вникать в дело глубже и пристальнее.
— Какое, сударь, не принимаем: уж все перебывали, только вас нет; барыня не надивится. Вот его сиятельство так каждый день изволит жаловать… такой добрый
барин. Я намедни
ходил к нему с какой-то тетрадкой от барышни — красненькую пожаловал.
Не
прошло и четверти часа, как он уже мчался по направлению
к Пречистенке и сидя в санях сильно жестикулировал и все что-то бормотал. Удивленный кучер даже несколько раз обернулся и подозрительно посмотрел на разговаривающего с самим собою
барина. Он видел его в таком состоянии в первый раз. Выскочив из саней у подъезда дома, где жили Шестовы, он сильно дернул за звонок в половину княгини. — Дома? — спросил он отворившего ему лакея.
Бельтов
прошел в них и очутился в стране, совершенно ему неизвестной, до того чуждой, что он не мог приладиться ни
к чему; он не сочувствовал ни с одной действительной стороной около него кипевшей жизни; он не имел способности быть хорошим помещиком, отличным офицером, усердным чиновником, — а затем в действительности оставались только места праздношатающихся, игроков и кутящей братии вообще;
к чести нашего героя, должно признаться, что
к последнему сословию он имел побольше симпатии, нежели
к первым, да и тут ему нельзя было распахнуться: он был слишком развит, а разврат этих
господ слишком грязен, слишком груб.
Дело шло
к вечеру. Алексей Абрамович стоял на балконе; он еще не мог прийти в себя после двухчасового послеобеденного сна; глаза его лениво раскрывались, и он время от времени зевал. Вошел слуга с каким-то докладом; но Алексей Абрамович не считал нужным его заметить, а слуга не смел потревожить
барина. Так
прошло минуты две-три, по окончании которых Алексей Абрамович спросил...
— Нет,
барин… Что ж это?.. Нет, нет! — повторила Аксинья. — Только,
барин, одно смею вам сказать, — вы не рассердитесь на меня, голубчик, — я
к Арине
ходить боюсь теперь… она тоже женщина лукавая… Пожалуй, еще, как мы будем там, всякого народу напускает… Куда я тогда денусь с моей бедной головушкой?..
Савелий Власьев не ошибся, говоря, что
барин не
сошлет его; напротив, Василий Иваныч на другой же день, ранним утром, позвал его
к себе и сказал ему довольно ласковым голосом...
А тут уж разно рассказывают: одни говорят, что этот управляющий сразу бросился на
барина с ножом, но другие — что Тулузов успел его
сослать и тот, однако, бежал из-под конвоя и, пробравшись
к своему патрону ночью, зарезал его.
Я тоже в усадьбу-то прибрела
к вечеру, прямо
прошла в людскую и думала, что и в дом меня сведут, однако-че говорят, что никаких странниц и богомолок от
господ есть приказание не принимать, и так тут какая-то старушонка плеснула мне в чашку пустых щей; похлебала я их, и она спать меня на полати услала…
— Ну, батюшка, это вы страху на них нагнали! — обратился ко мне Дерунов, — думают, вот в смешном виде представит! Ах,
господа,
господа! а еще под хивинца хотите идти! А я, Машенька, по приказанию вашему,
к французу
ходил. Обнатурил меня в лучшем виде и бороду духами напрыскал!
— Начальником был, усердие имел — ну, и говорил другое. Оброки сбирал:
к одному придешь — денег нет,
к другому придешь — хоть шаром на дворе покати! А
барин с теплых вод пишет:"Вынь да положь!"Ходишь-ходишь — и скажешь грехом:"Ах, волк вас задави! своего
барина, мерзавцы, на кабак променяли!"Ну, а теперь сам мужиком сделался.
— Да тут старушка,
барин,
к нам одна в Воздвиженское
ходила: умная этакая, начетчица!..
— Не буду,
барин, — отвечала Груша; а потом, помолчав несколько, прибавила: — Мне можно,
барин,
сходить к ним на похороны-то?
Впрочем, вечером, поразмыслив несколько о сообщенном ему прокурором известии, он, по преимуществу, встревожился в том отношении, чтобы эти кляузы не повредили ему как-нибудь отпуск получить, а потому, когда он услыхал вверху шум и говор голосов, то, подумав, что это, вероятно, приехал
к брату прокурор, он решился
сходить туда и порасспросить того поподробнее о проделке Клыкова; но, войдя
к Виссариону в гостиную, он был неприятно удивлен: там на целом ряде кресел сидели прокурор, губернатор, m-me Пиколова, Виссарион и Юлия, а перед ними стоял какой-то
господин в черном фраке и держал в руках карты.
— Нет-с, не
пройдет, потому что все так уж
к тому и подстроено; скажите на милость, где это видано: какому-то
господину в его единственном лице вдруг предоставлено право судить меня и присудить, если он только пожелает того, ни много ни мало, как на три месяца в тюрьму.
Павел пробовал было хоть на минуту остаться с ней наедине, но решительно это было невозможно, потому что она то укладывала свои ноты, книги, то разговаривала с прислугой; кроме того, тут же в комнате сидела, не
сходя с места, m-me Фатеева с прежним могильным выражением в лице; и, в заключение всего, пришла Анна Гавриловна и сказала моему герою: «Пожалуйте, батюшка,
к барину; он один там у нас сидит и дожидается вас».
—
Барин там-с из города, — начал он, —
господин Живин, как слух
прошел, что вы пожалуете в деревню, раз пять
к нам в Воздвиженское заезжал и все наказывал: «Как ваш
барин, говорит, приедет, беспременно дайте мне знать сейчас!» — прикажете или нет послать?
—
К чему тебя и применить, Артем, — удивлялся Тит вслух, — ни ты мужик, ни ты
барин…
Ходишь как маятник — только твоего и дела. Этово-тово, не укладешь тебя никуда, как козьи рога.
И Лемм уторопленным шагом направился
к воротам, в которые входил какой-то незнакомый ему
господин, в сером пальто и широкой соломенной шляпе. Вежливо поклонившись ему (он кланялся всем новым лицам в городе О…; от знакомых он отворачивался на улице — такое уж он положил себе правило), Лемм
прошел мимо и исчез за забором. Незнакомец с удивлением посмотрел ему вслед и, вглядевшись в Лизу, подошел прямо
к ней.
— Какие у нас пряники! разве
к нам мужики
ходят?
К. нам, сударь, большие
господа ездят! — говорит он мне в виде поучения, как будто хочет дать мне почувствовать:"Эх ты, простота! не знаешь сам, кто у тебя бывает!"
После подачи этого прошения
прошло с неделю, и заключенный уже терял всякую надежду на какой-нибудь результат, как в одно прекрасное — если в тюрьме может быть что-нибудь прекрасное — утро дверь его камеры отворилась, и
к нему вошел помощник смотрителя с каким-то
господином, одетым в штатское платье.
— С чего же ты, Аннушка, уж так убиваешься, все под Богом
ходим, в животе и смерти Бог волен, я ведь вот тоже мужа потеряла, еще страшней было, да не прогневала
Господа ропотом… — обратилась Зинаида Сергеевна снова
к Анне Филатьевне.
— Даже великолепное звание полководца не дает ему на то права, — возразил Белавин. — Величие в Отелло могло являться в известные минуты, вследствие известных нравственных настроений, и он уж никак не принадлежал
к тем
господам, которые, один раз навсегда создав себе великолепную позу,
ходят в ней: с ней обедают, с ней гуляют, с ней, я думаю, и спят.
— В гражданскую службу, — заговорил он, не поднимая потупленной головы, — тоже не пускают.
Господин,
к которому вот вы изволили давать мне письмо… я
ходил к нему…
Капитан действительно замышлял не совсем для него приятное: выйдя от брата, он
прошел к Лебедеву, который жил в Солдатской слободке, где никто уж из
господ не жил, и происходило это, конечно, не от скупости, а вследствие одного несчастного случая, который постиг математика на самых первых порах приезда его на службу: целомудренно воздерживаясь от всякого рода страстей, он попробовал раз у исправника поиграть в карты, выиграл немного — понравилось… и с этой минуты карты сделались для него какой-то ненасытимой страстью: он всюду начал шататься, где только затевались карточные вечеринки; схватывался с мещанами и даже с лакеями в горку — и не корысть его снедала в этом случае, но ощущения игрока были приятны для его мужественного сердца.